Потешкина Наталия Георгиевна — д.м.н., профессор, зав. кафедрой общей терапии; директор Университетской клиники общей терапии
Москва
Natalia G. Poteshkina — MD, PhD, Professor, Head of the Department of General Therapy, Faculty of Continuing Professional Education, Institute of Personalized Medicine, Director of the University Clinic of General Therapy
Moscow
Шашкина Явилика Романовна — кардиолог кардиологического отделения
Москва
Yаvilika R. Shashkina — MD, Cardiologist, Department of Cardiology
Moscow
Ковалевская Елена Анатольевна — к.м.н., доцент кафедры общей терапии ИНОПР; зав. кардиологическим отделением
Москва
Elena A. Kovalevskaya — MD, PhD, Associate Professor of the Department of General Therapy, Institute of Personalized Medicine, Head of the Cardiology Department
Moscow
Горев Максим Васильевич — врач — рентгенхирург отделения рентгенхирургических методов диагностики и лечения
Москва
Maxim V. Gorev — MD, Endovascular Diagnostics and Treatment specialist, Department of Endovascular Diagnostics and Treatment
Moscow
Карасёв Антон Андреевич — к.м.н., ассистент кафедры общей терапии ИНОПР; врач функциональной диагностики отделения ультразвуковой и функциональной диагностики
Москва
Anton A. Karasyov — MD, PhD, Assistant of the Department of General Therapy, Faculty of Continuing Professional Education, Institute of Personalized Medicine; Physician of Functional Diagnostics, Department of Ultrasound and Functional Diagnostics
Moscow
Самсонова Инна Владимировна — к.м.н., заместитель директора по клинической работе главный врач
Москва
Inna V. Samsonova — MD, PhD, Deputy Director for Clinical Affairs, Head
Moscow
Цель. Изучить течение хронической сердечной недостаточности при пароксизмальной и персистирующей фибрилляции предсердий в раннем периоде после операции катетерной криобаллонной аблации устьев легочных вен. Материал и методы. Шестьдесят семь пациентов (средний возраст 65,07 ± 7,72 лет, 31(46,3 %) мужчин) с фибрилляцией предсердий и хронической сердечной недостаточностью разделены на 2 группы: I — пароксизмальная, II — персистирующая фибрилляция предсердий. Все пациенты получили первичную криобаллонную аблацию по стандартной методике. До и через 3 месяца после операции проводились тест 6-минутной ходьбы, оценка качества жизни по Миннесотскому опроснику, уровня N-терминального фрагмента прогормона мозгового натрийуретического пептида, эхокардиография. Результаты. Уровень N-терминального фрагмента прогормона мозгового натрийуретического пептида (NT-proBNP) был ниже в группе I — 151,00 [65,50; 249,00] против 513,00 [355,25; 948,00] нг/л (р <0,001) в группе II. Группа II отличалась большими размерами левого предсердия: передне-задний размер 40,00 [37,00; 43,00] мм (р=0,018), индекс объема левого предсердия 35,00 [31,00; 43,00 мл/м2 (р=0,023), правого предсердия: 38,00 [36,00; 40,00] мм (р=0,001) и левого желудочка. Фракция выброса левого желудочка была ниже в группе II — 55,00 [50,50; 58,00] против 60,00 [57,00; 62,00] % (р <0,001). Внутригрупповой анализ изменений в динамике после КБА показал: в группе I улучшение качества жизни и увеличение дистанции 6-минутной ходьбы с 411,0 [377,0; 482,5] до 455,0[420,0 –515,0] метров (р=0,001). У пациентов группы II в динамике отмечено: увеличение расстояния 6-минутной ходьбы с 424,00 [390,00; 500,75] до 470,00 [410,00 — 551,50] метров (р < 0,001), значимое снижение уровня NT-proBNP с 513,00 [355,25; 948,00] до 153,00 [73,50 — 171,00] нг/л (р<0,001), уменьшение размеров левого предсердия, правого желудочка, систолическое давление в легочной артерии, увеличение фракция выброса левого желудочка с 55,0 [50,5; 58,0] до 60,0 [55,0 — 60,0] % (р=0,004). Заключение. У пациентов с персистирующей фибрилляцией предсердий, которые исходно имели более тяжелое течение хронической сердечной недостаточности, через 3 месяца после операции криобаллонной аблации устьев легочных вен отмечалось улучшение функционального статуса, повышение толерантности к ходьбе, уменьшение размеров левого предсердия, правого желудочка, систолического давления в легочной артерии, увеличение фракции выброса левого желудочка, снижение уровняNT-proBNP в сыворотке крови. У пациентов с пароксизмальной фибрилляции предсердий проведенная катетерная криобаллонная аблация устьев легочных вен способствовала повышению толерантности к физической нагрузке и улучшению качества жизни.
Aim. Study the course of chronic heart failure with paroxysmal and persistent atrial fibrillation (AF) during the early period after catheter cryoballoon ablation of pulmonary vein. Material and Methods. Sixty-seven patients (mean age 65.07 ± 7.72 years, 31 (46.3 %) men) with atrial fibrillation and heart failure were divided into two groups: Group I — paroxysmal AF and Group II — persistent AF. All patients underwent primary cryoballoon ablation using standard technique. Before operation and three months post-operation, tests included six-minute walk test, Minnesota Living with Heart Failure Questionnaire, measurement of N-terminal pro-brain natriuretic peptide, and echocardiography. Results. The NT-proBNP level was lower in Group I — 151.00 [65.50;249.00] ng/L versus 513,00 [355.25; 948.00] ng/L in Group II (p <0.001). Group II demonstrated larger left atrial dimensions: left atrial diameter 42.50[40.25;45.00] mm (p=0.018), indexed left atrial volume 40.00 [37.50;46.65] mL/m2 (p=0.023), right atrial diameter 43.00 [40.25;45.75] mm (p=0.001) and left ventricular. Left ventricular ejection fraction was lower in Group II — 55.00 [50.50;58.00] % versus 60.00 [57.00;62.00] % (p <0.001). Within-group analysis showed that Group I improved the quality of life and an increased 6-minute walk test distance from 411.0 [377.0;482.5] meters to 455.0 [420.0–515.0] meters (p=0.001). For Group II, dynamic changes revealed an increase in 6-minute walk test distance from 424.00 [390.00;500.75] to 470.00 [410.00–551.50] meters (p<0.001), a significant drop in NT-proBNP level from 513.00 [355.25;948.00] to 153.00 [73.50–171.00] ng/L (p<0.001), reduction in left atrial dimensions, right ventricular siz e, systolic pulmonary artery pressure, and an increase in left ventricular ejection fraction from 55.00 [50.50;58.00] % to 60.00 [55.00–60.00] % (p=0.004). Conclusion. Patients with persistent atrial fibrillation, who initially had more severe chronic heart failure, experienced an improvement in their functional status, increased walking endurance, reduction in left atrial and right ventricular dimensions, as well as systolic pulmonary artery pressure, along with an increase in left ventricular ejection fraction and a decrease in NT-proBNP levels, 3 months af ter cryoballoon ablation. Patients with paroxysmal atrial fibrillation benefited from cryoballoon ablation through enhanced physical activity tolerance and improved quality of life.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.